Евгения Белякова (impressionante) wrote,
Евгения Белякова
impressionante

Category:

Тонкие струны души...

Учебе и работе психопатологический диатез, в общем, не мешает. В школе и институте часто бывают отличниками. И в работе могут быть вполне успешны. А в чем проблема? Проблема с людьми. Люди непонятны. Их не чувствуют. Но кто ж самому себе в этом признается? Дело в том, что диатез глушит тонкие струны души. (Так, в моей юности КГБ глушил западные радиостанции. Пытаешься настроиться на «Радио Свободы», чтобы узнать правду о своей родине, а там шум, треск и кваканье. И ничего не понятно.)

Тонкие струны души (настоящее имя Эмоциональная Тонкость) позволяют ловить нюансы характера человека, оттенки человеческих отношений. А если не ловится? Тогда человек начинает людей придумывать. И опирается он в своих придумках на семейные сценарии, на то, как принято думать в его кругу, а еще на стереотипы, называемые народной мудростью. Поэтому женщины уверены, что «все мужики сволочи», зато у мужчин «все бабы дуры».

Кстати, один из симптомов диатеза - ранимость и хрупкость по отношению к себе, зато черствость по отношению к другим. В психотерапии это называется «Дерево и стекло». Диатез очень разнообразен в своих проявлениях.

Бывает так, что энергии много, она бьет ключом, то есть эту сферу диатез не тронул. Зато сожрал эмоции. Такие люди могут быть очень успешными в бизнесе. Холодный, сильный, расчетливый, легко раздавит кого угодно, если дело потребует. Потому что к людям нет ни интереса, ни симпатии.

Позволю себе привести примеры из своей клинической практики. То есть то, с чем я регулярно сталкиваюсь в работе. Вот энергичный бизнесмен, деньжищ уйма. При этом жутко, тотально одинок. Вместо друзей – коллеги по работе. Женщины бывают на один раз, на одну ночь. Говорит, скушшшно с ними. Считает, что все бабы хищницы. Не понимает, что дело не в них, а в нем, в его душевной холодности. Если говорить совсем грубо, в мозгу не работают клетки, отвечающие за симпатию, тем паче, за любовь...

А теперь иллюстрация из «Дамы с собачкой. Почти по Чехову».


ЧАСТЬ III

Аня пришла на психотерапевтическую группу полная решимости и надежд. Впрочем, что такое психотерапия Аня представляла себе смутно. В основном по американским фильмам, где люди садятся в круг, и каждый рассказывает о своих проблемах. «Хай, меня зовут Джуди, моя жизнь обыденна и скучна, а я чувствую, что достойна большего». Тут все начинают Джуди сочувствовать и всячески ободрять.

Ничего подобного у нас на занятиях не происходило. Вместо сочувствия давались упражнения, раз от разу сложнее, и требовалось качественное их выполнение. Аню утешило только то, что все упражнения были из знакомой ей области – искусства и литературы.

Помимо упражнений была теоретическая часть, где я рассказывала, как устроена психика человека. А еще были посиделки после группы, где делились ощущениями и открытиями. Ане теория и посиделки очень нравилась, а упражнения совсем не нравились.

Пока Аня разбиралась, куда она попала, я, в свою очередь, пыталась разобраться в Ане. Я собирала на Аню досье.

Психотерапия в чем-то близка юриспруденции. С той разницей, что психотерапевт не рассматривает человека как виновного или невиновного. Он не прокурор, не адвокат и уж тем более не судья. Он, скорее, следователь и расследует обстоятельства дела, отстраненно и беспристрастно. Чтобы человек о себе не рассказывал, на что бы ни жаловался, как бы не возвеличивал себя или не принижал, в расчет принимаются только факты. Факты – это наши упражнения. А еще есть улики – многочисленные скрытые сигналы, которые человек подает в мир.

Я отмечала, как и на что Аня реагировала, что ее задевало, трогало или шокировало. В жестах, интонациях, брошенных невзначай словах, я читала ее давние обиды и нынешние страхи, иллюзии, претензии и амбиции. Мы как будто вместе складывали пазл – она давала мне кусочек информации, а я должна была найти ему место в общей картине. Постепенно передо мной вырисовывались очертания ее биографии, нюансы и оттенки мироощущения. За всем этим маячила ее судьба.

Как по книге я читала ее прошлое и настоящее. И как на ладони я видела ее будущее.
Такова работа психотерапевта.

Аня производила впечатление женщины ухоженной, но лицо ее было маловыразительным, как и одежда – дорогая, даже модная, но скучная.

Она ходила тяжелой, деревянной походкой, на занятиях сидела напряженная, во взгляде настороженность. Упражнения выполняла покорно и суетливо, не пытаясь их понять. Любые новые задания вызывали у нее тревогу. Тогда она замирала, взгляд останавливался, она начинала бесцельно касаться руками одежды – обираться.

Часто она западала в себя, тогда ее лицо становилось унылым и сонным, как у снулой рыбы.

Нет, она бывала и веселой, и активной. Но ее активность была механическая, как у заводной игрушки, а веселье выглядело натужным.

Сначала я думала, что причиной ее скованности является непривычная для нее обстановка. Но однажды, я увидела ее в кафе, в компании сослуживцев. В ее улыбке была та же потерянность, а сквозь дорогой макияж явственно проступал несмываемый налет усталого одиночества.

Впрочем, сказать про Аню, что она не уверена в себе, было бы неправдой. Потому, что она абсолютно точно знала, что такое хорошо, что такое плохо, и как надо. Как у каждой хорошей хозяйки на кухне есть набор специй для разных блюд, так у Ани на разные случаи жизни был набор народных мудростей. Это были старые, добрые прописные истины, не требующие ни доказательств, ни осмысления.

Самое главное для всех - хорошо учится, для женщин - быть замужем, для мужчины быть добытчиком и кормильцем. Поэтому про женщин, которые не вышли замуж или развелись, Аня говорила «жизнь не сложилась». Про женщин, которые терпели любые фортели своих мужей, Аня говорила, хитро прищурившись: «мудрая женщина».

Для мужчин высшая похвала была «успешный человек», а низшая степень падения обозначалась словом «неудачник». В эту категорию попадали и умные, и талантливые, если они не рубили деньгу. Не то, чтобы Аня так уж любила деньги. Но если человек не исполнял свою основную функцию, он не мог считаться приличным.

Маленький ребенок делит персонажей сказок на плохих и хороших. Аня делила человечество на людей приличных и не приличных. Войти в разряд приличных людей было не просто. Надо быть воспитанным, вежливым и образованным. Не грузить других своими проблемами, но и в чужую душу не лезть. Вести здоровый образ жизни. Честно и качественно выполнять свои обязанности – женщине заниматься домом и детьми, а мужчине что-нибудь добывать, чем больше, тем лучше. Еще приличный человек должен контролировать свои желания, чувства и даже мысли. Или, по крайней мере, не показывать их. Прилично означало сдержанно.

Все, что было за границами этого, не котировалось, и по Аниным рассуждениям получалось, что быть приличным - это высший смысл бытия.

Продолжение следует
Tags: Книга, Нездоровая душа - это как?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments