Евгения Белякова (impressionante) wrote,
Евгения Белякова
impressionante

Categories:

О спонтанности, Данте и тиграх.

Окончание рассказа «Лилиана − спящая царевна». Начало:

"Все! Случится! Само!"
"Все! Само! Случится! Ох, случится..."


***

В тот год «Акела промахнулся» – я не смогла набрать новые группы. И Лилиана почувствовала, что ствол под ней трещит. Ей надо было срочно найти новую опору. Она попыталась обрести собственную устойчивость.

У нее появилась своя концепция психотерапии, состоящая из смутных идей. И право же, это была иллюстрация к старинной китайской сказке, в которой животные выучили по одной букве и решили, что умеют читать. Потому что Лилиана так и осталась малограмотной в психотерапии.

Она научилась «держать» группу, но не научилась ее вести. Вести – это значит к цели, к результату. Эти вопросы ее не тревожили, потому что понятия «цель» и «результат» были для нее самой туманны и далеки. Группа стала для нее местом, где можно удовлетворить собственные амбиции. Она почувствовала силу своего обаяния, силу власти, а у нас в психотерапии это особое искушение. Когда ты всю жизнь при ком-то, и вдруг находишь аудиторию, где тебе смотрят в рот, где любые твои слова и поступки принимаются «на ура»… это может здорово вскружить голову!

Поднявшаяся в одночасье пыльная буря самомнения смела все знания и умения, принципы и понятия, все нажитое, все пройденное вместе, все, что мы так бережно и трепетно выращивали.

***

Моя работа иногда напоминает мне археологические раскопки. Тут не место экскаватору, мы работаем медленно, тщательно и осторожно, сметая специальными кисточками чуждые наслоения. Но мы никогда не знаем, что в этих раскопках найдем. Бывает, старинную драгоценную вазу, а бывает, обыкновенный железобетонный крюк. Здесь же, затратив столько времени и труда, на дне вырытого вручную котлована мы обнаружили только детскую корону со стекляшками...

Чем больше в ней росла уверенность в себе, тем меньше места там оставалось профессионализму. Занятия проводились все более неряшливо. Упражнения не продумывались, подбор их был откровенно случаен. Так, балуясь, гадают на картах, вынимая из колоды первую попавшуюся и придавая ей некий особый смысл. Вся эта халтура сопровождалась бурной суетой. И право же, она здорово уставала от нее! Точно Золушка, которая к вечеру падает от усталости, при этом еда пересолена и недоварена, белье постирано плохо, дом убран кое-как.

Куда-то бесследно исчезли ее искренность и простота. Теперь она с людьми не разговаривала, а вещала им, и ей было все равно кому и про что. Ну что ж, Франциск Ассизский, как известно, проповедовал птицам.

Раньше она вглядывалась в людей, теперь она их «обрабатывала». В свои последние перед «кончиной» дни она стала напоминать тренера из Лайф Спринга и подобных контор – малограмотная, но цепкая, хваткая, сияющая искусственной доброжелательностью.

Подобные стремительные и необратимые перемены в человеке описаны у Стейнбека в романе «Зима тревоги нашей», где умный, порядочный и очень симпатичный читателю герой за два месяца становится монстром. Правда, там он это делает осознанно и ради конкретной цели. Здесь же все было до жути спонтанно.

Природа есть природа. Разум, совесть, благодарность, сопереживание, ответственность – все это измышления людей и к природе не относится.

В конце концов мы расстались. Но еще долго я поминала ее лихом, разгребая наследство, оставшееся от нее – кучу брошенных дел. Помню, как плакала в голос, когда мне пришлось разбирать несколько тысяч фотографий, сделанных для сайта. За несколько лет она так и не притронулась к ним. А еще было бесконечно стыдно перед группой, которую она вела. Ведь они пришли на мое имя, я представила Лилиану как психотерапевта, и люди поверили мне, что она знает и умеет…

***

Данте поместил предателей в свой последний, девятый круг ада. У него там предатели всех мастей и видов: родины, друзей, сотрапезников, благодетелей, единомышленников. Именно там находится Брут, убивший своего друга и соратника Цезаря, там же Иуда Искариот, предавший Учителя. Сначала мне казалось, что и Лилиана относится не иначе как к этому кругу. Но однажды я попала на документальный фильм о дрессировщиках. Красивые молодые люди, брат и сестра, рассказывали, как однажды на представлении тигр, которого они вырастили, в прямом смысле слова выкормили, порвал парнишку-дрессировщика. Травмы были столь серьезны, что полгода ему пришлось провести по больницам. Журналиста очень интересовал вопрос, как они с этим тигром встретились после всего происшедшего. Дрессировщик засмеялся: «А он тереться стал об ноги, руки мне лизать – видать, соскучился». Журналист не унимался: «Вы будете продолжать с ним работать? Вы не обижены?» Дрессировщик удивился: «Обижен?! Да ну что вы, он же зверь, животное. У него природа такая. Ну какая обида может быть на природу?!»

И меня отпустило.

***

Теперь Лилиана увлеклась воспитанием собственных детей. Это стало ее очередной опорой, ее смыслом. Как-то на отдыхе мы на несколько дней пересеклись. Она искренне, как все, что делала в своей жизни, разыгрывала роль Матери. Она курировала каждый шаг своих детей-подростков, наставляла их, терпеливо заглаживала все конфликты и все пыталась растолковать им, что есть добро, а что зло.

………………………………………………………………………..

Говорят, у жителей тропиков бытует легенда, что лианы могут превращаться в змей...



Tags: Книга, Приговор: вечная юность
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 91 comments